Зарисовки подмистерья. - Алтай, река Чулышман, Выпуск 1.

04:13 pm - Алтай, река Чулышман, Выпуск 1.

«Зачем тебе гидроноски? Ты ведь всё равно утонешь…»
Неизвестный автор

«Не всегда нам пробовать хариусов. Когда -нибудь и хариусы попробуют нас!»
Фищенко Алексей

Как всегда, в жестокой схватке с приступами лени, я вышел победителем и потихонечку стал настукивать свои впечатления в отчёт по летнему походу. Хочу обратить внимание читателя на то, что в данном отчёте будет присутствовать ненормативная лексика, поскольку это был один из самых матершинных походов в моей практике. Я бы даже вынес что-нибудь эдакое в название, поскольку нынешнее звучит как-то слишком официально, но воспитание не позволяет.
Итак поход…

Сборов я практически не помню. Их просто не было. Мы покидали в рюкзаки личные вещи, а обо всём остальном позаботились хабаровчане. На наши просьбы «ну, может, мы хоть запасное веслицо возьмём или выбросочку», они хладнокровно отвечали «у нас этих выбросок …, у нас дядя…» и всё в таком духе. Из общего дела мы с Лёхой только насушили сухарей (половину которых я притащил обратно).
На поезд нас провожали Оксана с Никитой. Остальные или обещали и не пришли или были в походе. У Лёхи Фищенко (далее ЛФ) был День Рождения в этот день. Мы подарили ему гамак, потом сели в поезд, потом выпили вина и практически сразу наступило завтра.
Хабаровск встретил нас кучей народа – отъезжающих с нами и провожающих их. Куча рюкзаков, пакетов, перемётных сум и прочего барахла. Перекинулись с теми кто остаётся парой слов, поцеловались, пообнимались и поехали дальше.
Поразила меня Ксюша Долженко (далее КД), которая ещё пару часов назад была в ночном клубе и привнёсшая в наше сообщество налёт «бобла и гломура». Весь поход потом её доставали песней – «Сегодня в клубе чиксы танцуют…».
Дорогу до Новосибирска помню смутно. Помню мы знакомились друг с другом, я усиленно медитировал на десятирублёвую монету, катая её по пальцам, и ещё помню ДР Срафика Ромы, которому на следующее утро было не по себе до самого обеда. Про омуля и другие «прелести», кочующие из отчёта в отчёт, сил писать просто нет. И ещё несомненно ярким впечатлением от Харьковского поезда была сотрудница вагона-ресторана Оксана, которая разносила по вагонам еду, постоянно придумывая незамысловатые речёвки: «кому на месте не сидится, нужно срочно подкрепиться», «украинец или грек, скушай срочно чебурек», «не важно какого ты полу, отведай мою Кока-Колу». Вечером, на заключительном заходе, она говорила «Внимание! Последний заход альбатроса!». При виде неё слёзы стояли в глазах каждого члена нашей группы и мы непременно скупали у неё всё! Под Новосибирском мы уже подумывали взять её с собой, лишь бы только она постоянно откуда-нибудь приносила свою выпечку…
В Новосибирске было пасмурно и температура +9 по Цельсию. Мы натянули все вещи, которые у нас были и стали похожи на пленных немцев времён Второй Мировой. В моём походном костюме смело можно было просить милостыню, поэтому в магазинах за мной пристально наблюдали охранники. Но я никак не мог удержаться от сказочно дешёвых бананов.
Вскоре мы погрузились в комфортабельный автобус и понеслись (на сколько это было возможно в новосибирских пробках) к Горному Алтаю.
В салоне автобуса был DVD, поэтому дорога отмерялась фильмами – 2 фильма и Бийск, ещё фильм – обед, полфильма – базар, ещё 2 фильма ужин.
На базаре купили мёд, а Фил – волшебную пыльцу. Потом он раздавал её всем желающим, чтоб не жужжали.
Ужинали в какой-то очень известной деревне. Но поразила она меня не тем, что в ней снимал фильм Шукшин и мы остановились у того самого дома, где были съёмки, а то, что когда я пошёл в туалет в кусты и взгляд мой через несколько минут сфокусировался – кустами оказались огромные заросли конопли! Не веря своим глазам я выпустил всё из рук и коснулся душистого каннабиса, сдерживая себя от внезапного желания нарвать и убежать. Бежать было некуда, кроме автобуса и я понадеялся, что в горах он тоже будет. О, как я жестоко ошибался!!!
Мы поужинали у нерасторопных узбеков, нарвали яблок на десерт прямо у забегаловки и поехали дальше. Наступила ночь и начался чуйский тракт. Кто знает что такое извилистый чуйский тракт, добавьте к этому автобус, несущийся с бешенной скоростью в кромешной тьме – и вы поймёте почему все закрыли глаза и делали вид что спят, хотя отчётливо доносились обрывки молитв, а кто мог, наанестизировался до беспамятства.
Ночью нас перегрузили в грузовую машину с будкой и отвезли в посёлок Акташ, где мы переночевали в полузвёздочной гостинице.
На следующий день мы снова сели в эту будку и поехали в верховья Чулышмана.
Кому повезло, тот устроился лёжа на ковриках и спал большую часть дороги, изредка выходя по техническим причинам на улицу. Кому повезло больше, устроился в позе имбриона возле выхода, там где выхлопные газы подарили незабываемое ощущение изменённого сознания. Среди этих счастливцев был и я. Мы ехали целый день, поэтому к вечеру мы смеялись уже по поводу и без повода до боли в животах. И если в посёлке Улаган, в верховьях Башкауса, шутки были вполне пристойные, то на горном серпантине, когда машина была на краю километровой пропасти, шутки приобрели экстремальную окраску.
А шутить было над чем. Представьте себе горный серпантин, дорога с перевала и машина то одним боком, то другим боком поворачивается к обрыву. Самые отчаянные перебегают «поближе к окошку, чтобы посмотреть вид», что опасно кренит машину, другие, с истошным воплем мечутся к другому борту, стараясь убрать крен и спасти всех, а третьи просто кричат «Я не хочу умирать девственником!», на что им отвечают «Молчи, а то придут алтайцы с каменным ДИЛДО и точно тебя её лишат!». Такой же почти крен был у машины только в те моменты, когда Ксюша Д. очередной раз мчалась к окошку с воплем «Коняшка!!!», втаптывая в рюкзаки спящие тела боевых товарищей.
Добрались в Язулу поздно ночью. Пока искали дорогу КД исполнила незабываемый танец белых кед и мы окончательно ухохотались.
Уговорив водителя подъехать поближе к Солдатскому мосту, разгрузились, поставили лагерь, упали. 



Не надейтесь, что рассказ будет в строгом хронологическом порядке – я смутно помню многое, тем более не смогу восстановить события по датам.

На следующий день был стапель. Причём если все экипажи достаточно быстро построились, мы свой аргут собирали экстремально долго. «Зато надёжно, аппелировали мы». К тому времени, когда кат был готов, остальные экипажи давно уже катались на пороге Мустафина. Вскоре и мы поспешили к ним, на сколько это можно было со слоноподобным аргутом на плечах.
Осмотрев порог и выбрав линию движения, мы взяли кат и стали передвигать его к воде. Внезапно вылетели болты, скрепляющие продолины с поперечинами на кницах и наш сплав снова отодвинулся на неопределённое время. Алиби надёжности провалилось…
Параллельно с починкой, мы наблюдали как экипаж другой четвёрки безуспешно пытается зайти определённым образом в порог. Один раз, второй, третий – не входит. Наконец мы починились, сели привязались и пошли, причём зашли в порог без единого огреха. Это очень воодушевило нас и до конца похода мы не теряли чувства, что экипаж у нас очень даже очень.
Собственно этим день и закончился. Хотелось бы также отметить, что наш экипаж порадовал Паша, причём несколько раз. Сначала он одел голубые лосины и многие почему-то вспомнили «Голубую лагуну» и бар «Голубая устрица», а потом, поверх гидражки одел лыжные, защитные штаны, которые смешными волдырями покрыли его ноги. Сначала его сравнивали с черепашкой-ниндзя, а потом, с лёгкой руки ЛФ, наш экипаж прозвал его «Бородавочник обыкновенный», а их катамаран «Отрядом бородавочников».
Кстати экипажи были следующие:
Кат 4 – Аргут Лена Подугольникова (капитан), Ксюша Долженко (жуткая матершинница, не связывайтесь с ней! ), ЛФ, Я
Кат 4 – Рафтмастер Михаил Непогодин (капитан, Адмирал), Ксюша Попова, Николай Ф. (Фил), Дима (лыжник)
Кат 2 – Тритон Паша (альпинист, капитан), Миша Гейтс (племянник Билли Гейтса)
Кат 2 – Тритон Рома Стафик, Сергей (не Стафик)
Кат 2 – Рафтмастер Вова Левченко (капитан), Рома (тоже капитан)
Кроме этого Дима полез на высокую гору недалеко от лагеря и все отчётливо поняли, что Дима лыжник и что здоровья ему не занимать. С ним пошёл и Сергей, но этот видимо от отчаяния, поскольку рыба ловилась только у Ромы Стафика.

Весь следующий день мы крались к порогу «Чёртовы ворота». Крались – это даже мало сказано. Мы выходили везде где нужно и где не нужно, просматривали всё нужное и ненужное. Зато видео у нас хоть отбавляй! Правда Миша пожурил Ксюшу за то, что очень часто шум воды перебивает её зычное «Ёп твою мать!», обидно прорывающееся на интересных участках реки. Были какие-то пятёрочные пороги, но я ничего особенного не помню. Встали у правого притока, вытащили катамараны, спрятали всё что можно спрятать от вездесущих алтайцев и пошли назад в базовый лагерь. По дороге нас остановили земляничные поля, не на долго, всего на пару часов. Локти моей гидражки до сих пор в земляничном соку – сладкое воспоминание!
Когда вернулись в лагерь, оказалось, что два пазика подселили к нам пермяков. Из машин многих из них просто выносили. Выносили также много ящиков водки, в заводской таре, и синий тент за четыре угла, заполненный несчётным количеством банок пива. При этом они приговаривали «У нас спортивный поход. Нам до завтра надо это выпить и больше ни-ни». Потом они попросили трёх представителей от нашей команды, чтобы помочь справиться с зельем, но наши как-то постеснялись.
Ночью приезжал егерь Сергей. В прошлый раз он был с дедушкой Абаем, который заинтересовался моими часами и взяв их произнёс «Хорошии часы. Красивыи. Только цыфр нихрена не видно!». На этот раз Сергей звал нас к себе в баню и рассказывал много интересного про заповедник, про битвы с Тувинцами, про охоту, волков, лошадей и прочее. В это время хабаровчане страстно доказывали друг другу, что главное разговаривать с людьми – водителями, местными и прочими – чтобы наладить дружественный контакт, поэтому на Сергея внимания не обращали.

Новый день был посвящён порогам «Чёртов мост» (далее ЧМ) и «Серп» (далее С&М). Схему страховки, постановки видео и прочего Миша Непогодин разработал ещё вчера, поэтому когда добрались до порога каждый уже знал что делать. Спустили тритон на страховку с воды, поставили «живца», пару выбросок, камеры и фотоаппараты.
Вообще порог «ЧМ» очень красив. Долгий, интересный, техничный заход, потом русло делится на три части с тремя входными сливами (правый и средний делит огромный «чемодан») и в завершение основной трёхметровый слив. Над основным сливом расположены остатки Чёртова моста – гнилые брёвна через всю реку – в честь которого назван порог. Средний входной слив был не достаточно полноводным, поэтому двойки решили идти правым сливом, а четвёрки левым. 





Первыми шли хабаровская рафтмастер-двойка. Хороший заход, без проблем прошли первый слив и со всей мочи ухнули в основной. В полёте Лёва выпал из посадок и приземлился на колени к Роме, чем, как он объяснял потом, сбалансировал катамаран и их не перевернуло. Все очень обрадовались и напряжение, витавшее до этого в воздухе, частично спало.
Вторыми шли мы. Долгий заход тоже без проблем, потом ушли к левому сливу и упали в него, зацепившись немного правой гондолой за камень. Под сливом нас знатно мокнуло, так что стало понятно, что двойку здесь может перевернуть. В основной слив зашли очень хорошо, по технологии, разработанной заранее, заводя носы немного вправо.
Сам момент слива я не помню. Сознание в такие моменты просто отключается. Подробности надо будет посмотреть на видео. Вышли на ровном киле, чему обрадовались несказанно. Только у ЛФ порвались ремни посадки, но выпасть он не выпал. 





Мы встали на страховку, двойка снялась, пока готовился следующий экипаж мы снимали стресс коньяком и «Натсом».
Следующими шли бородавочники. Захода мы не видели, видели небольшую свечку во входном сливе и спуск по основному сливу. Когда их катамаран показался над водой, мы увидели, что Миша Гейтс отчаянно пытается угрести от слива трубой от весла – лопасть сломало и унесло. Все кричат «Миша, Миша! У тебя нет весла!», а он выгребает из последних сил. Позже он оправдывался так: «Я думал, что вода разрежена пеной…».
Второй Тритон отметился оверкилем. Они всё прошли идеально, но в основном сливе перевернулись – как именно смотрите ниже. 







Четвёрка Рафтмастер пыталась зайти в правый входной слив, но из-за «чемодана» не смогли этого сделать и выгребли как и мы в левый. Там их мокнуло ещё больше чем нас и Миша потом говорил, что почти перевернуло. В основном сливе они не справились с управлением и не успели выровнять носы. Я в это время сидел на видео и слышал как за пару метров от слива Миша кричал «Ксюша! Подтяни нос!», но Ксюша подтягивала посадки, потому что они ослабли в прошлом сливе. В результате они легли через правый борт, причём Дима при этом эффектно катапультировался. Вслед им полетели выброски, живцы, страховка с воды и восторженные аплодисменты. Через пару секунд Миша сидел уже на перевернутом катамаране и грёб в улово.
После прохождения мы устроили пикник у обочины и в течение часа делились впечатлениями, пили чай, съедали всю запасённую снедь.
Наевшись и немного отдохнув – пошли осматривать С&М. Порог не сложный, но трековая дорожка у него весёлая. Мы прошли его первыми и встали на страховке. Здесь КД устроила «грязные танцы» в стиле Бьёнс и я ей в этом немного помог. Мы картинно истязали себя выбросками, пока наконец не началось прохождение экипажей.
Сразу после порога мы вытащили катамараны на берег и пошли просматривать реку дальше. Добрались сначала до моста, потом до порога «Оборотень», увидели что там непроход и счастливые поспешили в базовый лагерь.
На обратном пути встретили пермяков, которые гружеными подошли под самый «ЧМ». К землянике у нас появился стойкий иммунитет, поэтому на полянках мы задержались совсем не на долго. День закончился, все снова обменялись впечатлениями прошедшего дня и легли спать.

Что я упустил? Наверное погоду. Она была отменной. Пару раз накрапывал дождик, но в основном светило солнце. Спасибо небесной канцелярии!!! 

Следующий день был полностью посвящён обносу. Мы не спеша упаковали вещи и пошли разными дорогами – кто-то в брод, кто-то по мосту возле усадьбы Сергея, а я посередине по брёвнам. Где-то в середине пути я воссоединился со своим экипажем. Мы уже почти пересекли места покосов, когда Ксюша внезапно скинула рюкзак и пошла выманивать очередную коняшку у местных. Пару дней назад она уже каталась весь вечер с Леной, при чём мы предлагали туземцам взамен этого стеклянные бусы, но они брали только наличными. Вот и сейчас старик-алтаец сказал: «Спирт есть? Литр спирта и конь ваш на весь день. Нет? – с явным удивлением спросил он, как будто удивляясь зачем же мы тогда вообще сюда приехали – Ну, если нет, покатайся так, гломурная мамзель».
Загнав ни в чём не повинное животное до полусмерти, КД предложила и нам попользовать лошадь.
Так, я впервые покатался на лошади много. Сначала я боялся это крупное создание, но потом привык и скакал даже галопом, выкрикивая «Хуйя-я-я-я!» как настоящий ирокез.
Но всё кончается и лошадь тоже пришлось отдать. Мы пошли дальше и встретили Фила, который отбился от группы. Хотели посмотреть как пермяки пойдут ЧМ, но их уже и след простыл – быстрые ребята.
В конце концов мы обнаружили всю группу на не очень уютной стоянке напротив порога «Камень с дыркой» (КД) и подискутировали почему люди не называют вещи своими именами, а предпочитают какие-то размытые «камень с дыркой», «шоколадный глаз» или «черный ход».
После установки лагеря самые стойкие отправились в баню к Сергею на кордон. Шли туда полтора часа. Потом долго топили баню, заводили микрогидростанцию и ждали Фила и Ксю из деревни.
Вот тут начинается страшное! Когда после пропарки мы вернулись в домик, и на пороге нас встретили люди с автоматами Калашников на руках. Взгляд некоторых был совсем отмороженным, остальные более менее адекватные. В середине восседал алтайский главарь и отпускал странные шуточки. Испугаться времени не было, а потом и вовсе выяснилось, что это алтайский спецназ в погоне за тувинскими конокрадами. Они спрашивали нас что-то вроде «Вы видели пять вооружённых всадников? – А как они выглядят? – Да как я, нерусские!» и множество других вопросов, как будто мы и были те тувинцы, только удачно загримированные.
В конце концов нас отпустили и мы, захватив в бане наших девчонок, бросились наутёк по пересечённой местности. Дима предлагал вовсе выключить фонарики, для маскировки, но темень была хоть глаз выколи. Эти лыжники – отчаянные ребята!
Назад прибежали меньше чем за час, посидели у костра, желающие попили водки, и поели рыбы, выменянной у местных на поролон. Наши рыбаки пока не проявили себя почти. Легли спать, уснули. Хррр…

В следующем выпуске сюжет и пороги круче!!!